Статьи / Праведники Народов Мира / Михаил Павлович Зирченко:


  • Михаил Павлович Зирченко


    Праведник Народов Мира, Праведник Украины,
    «Человек года» в номинации «За мужество и высокое человеческое достоинство» (Ростов-на-Дону, 2007 г.),
    «Человек года» в номинации «Мужество» (Москва, 2010 г.)


    В 2005 году в адрес М.П. Зирченко из Иерусалима пришло письмо за подписью д-ра Мордехая Палдиеля, директора отдела «Праведники народов мира» института «Яд ва-Шем», в котором сообщалось, что на заседании специальной Комиссии, «в знак глубочайшей признательности за помощь, оказанную еврейскому народу в годы Второй мировой войны», Михаилу Павловичу и его отцу (посмертно) присвоено почетное звание «Праведники народов мира».



    Мудрецы говорят, что спасший одного человека - спас весь мир. Михаил Павлович и его семья в годы войны спасли 32 человека - семь еврейских семей! Михаил Павлович вспоминает события тех далеких лет: «В тяжелое время минувшей войны наши народы подвергались жестоким испытаниям, особенно это касалось евреев. В той войне редко кому из них удавалось спастись от рук фашистов. Многие проявляли к ним милосердие и доброту, соучастие и сострадание, спасали их, кто как мог, хотя это редко кому удавалось, но люди шли на риск, спасая других.


    Мне и моему отцу выпала такая доля долга, человеческого мужества и милосердия к этому народу, приговоренному фашистами к уничтожению. Несмотря на риск потерять свою жизнь и жизнь родных, мы с отцом спасли советских людей еврейской национальности. Это было в ноябре 1941 года в оккупированной немцами Украине - в селе Благодатное Днепропетровской области. Тогда стояла глубокая осень - уже были заморозки, и к нам в село забрела группа людей, бежавших от преследования немцев. Это были еврейские семьи - старики, женщины, дети. В то время отец работал в колхозе бухгалтером. Беженцы обратились за помощью к нему. Не колеблясь, он разместил их по сельским дворам, обеспечил теплом, питанием. Выписал кое-что из продуктов с колхозной каморы. Взрослых трудоспособных определил в колхоз. Мы все - наша семья - приняли как должное заботу отца об этих людях, которым грозила опасность, - охраняли, согревали, помогали чем могли и как могли.


    Однажды каким-то образом фашисты узнали, что в нашем селе скрываются евреи. В отчаянии растерянности еврейские семьи снова обратились к отцу с просьбой спасти их. Отец ответил, что пока он жив, сделает все возможное и невозможное, чтобы помочь им. Вечером, придя домой, отец рассказал нам о надвигающейся на этих людей опасность - немцы в любое время могли появиться в селе. Затем отец предложил мне принять участие в его плане спасения и объяснил, что и как я должен для этого сделать. Отец не говорил, насколько это опасно - я и сам понимал, какие могут быть последствия.


  • Рискуя, мы принялись изготавливать фальшивые документы с «гербовыми печатями» советского и немецкого образца. В этих документах указывалась национальность: русские, татары, украинцы. Отец писал справки, я ставил печати - аккуратно перерисовывал их с немецких и советских документов. Вот где пригодился данный мне Богом дар художника - к тому времени я успел некоторое время поучиться изобразительному искусству. Для своих «художеств» с печатями я использовал всякие «подручные материалы» - пригодились, например, сырые картофелины. Получалось совсем неплохо.

    Забегая вперед, хочу сказать, что, пожалуй, эта ночь, когда мы с отцом мастерили документы, определила мою судьбу - профессию художника. Когда работа была закончена, мы отнесли справки томившимся в отчаянном ожидании людям. А на рассвете, в пять утра, за отцом пришли посланцы - ему следовало немедленно явиться в контору, здание которой уже было оцеплено немцами. Комендант допрашивал отца и наших подопечных. Отец смело и решительно отстаивал этих людей, доказывая, что они действительно - русские, татары, украинцы.


    Началась проверка документов. На вопрос коменданта: почему этих людей приняли в колхоз? - отец ответил, что сделано это из-за нехватки рабочих рук. Ответы отца и документы были убедительными. Вскоре немцы сняли оцепление и уехали. Чего стоила вся эта сцена для отца - по рассказам очевидцев, было видно по его лицу: оно было белое, как полотно.


    Два года, пока длилась оккупация, фашисты часто делали облавы, и в это время моя сестра Галя уводила всех детей из села и прятала в заброшенной силосной яме. Много было у нашей семьи бессонных ночей и переживаний, но мы - живы, мы счастливы и горды, что смогли с благословения Бога спасти людей от смерти. Это были два года страха и переживаний - пока наша армия не освободила в 1943 году Украину от немцев. Этот страх для моих родителей и спасенных закончился, но для меня еще продолжался несколько месяцев. В том же 43-м - при отступлении немцев - я попал под облаву, и оккупанты отправили всех мужчин в один из немецких лагерей военнопленных на Украине. (станция Лошкаревка). Вскоре с немногими смельчаками нам удалось бежать - во время бомбежки нашей авиации мы пролезли через два ряда колючей проволоки и долго скитались без пищи и крова - прятались в стогах сена, в балках. Была зима, я передвигался на костылях, сделанных из палок - ноги опухли и были все в гнойных ранах. Но страха не было - немцы даже не обращали внимание на едва ковыляющее существо.


    Добрался домой. Отец был на фронте, а я подлечился и пошел, как и все, работать – «Всё для фронта, всё для Победы». В 1944-м нас, 17-летних юношей, мобилизовали - мы прошли подготовку и были отправлены на фронт: кто на запад, а кто на восток. Я попал в Китай, затем в Порт-Артур - шла война с Японией. Демобилизовался я только через семь лет».



    Сегодня Михаил Павлович Зирченко живет в Ростове. Он и его жена - пенсионеры. Михаил Павлович - желанный гость в еврейской общине. А сам он с большим удовольствием принимает участие в занятиях идиш-клуба, приходит на праздники, заседания клуба ветеранов войны. Так - на всю жизнь - продлилась душевная связь с еврейским народом, рожденная в огне войны.


    Инна Шварцман