Записки краеведа Леонида Владимировича Санкина: еврейские дома Малого проспекта Ростова-на-Дону

Еще в 19 веке в Ростове возникли районы, как бы сегодня сказали компактного проживания лиц еврейской национальности, не хотелось бы употреблять слово гетто в виду его отрицательной современной коннотации.

​

Ну, например, прямоугольник от Большого проспекта до Казанского и от Почтовой до Канкринской, по современной топонимики от Ворошиловского до Газетного и от Станиславского до Ульяновской.

​

Три синагоги, несколько молитвенных домов, духовное правление иудейской общины, еврейская школа. Всё это соседство способствовало тому, что здесь рядом селились и покупали недвижимость евреи.

​

Или район вокруг еврейской больницы, расположенной на углу Никольской улицы и Богатянского. Крыловской переулок рядом стал местом заселения евреев врачей и фельдшеров, служивших в больнице.

​

А вот еще одно место до сих пор является для меня загадкой. Это Малый проспект, сегодня проспект Чехова.

​

Мы расскажем подробнее о том, кто жил до революции на нем, в его северной части от Пушкинской до Скобелевской, сегодня Красноармейской.

​

Малый проспект, как и любая другая улица центра Ростова была привлекательна для еврейских домовладельцев.

Здесь построили свои дома фотохудожник Иосиф Шифрин, торговец кафелем и паркетом Ноах Райгородский, биржевой маклер Шлейма Прут, домовладельцы Абрам Райкин, Исаак и Арон Рубанчики, Борис Житомирский, Иосель Злотберг, Янкель Фридман, продавец жатвенных машин Шавинер, купец второй гильдии Бенцион Зельцер, одноклассник Чехова издатель Абрам Черников и некоторые другие известные в те годы в городе люди.

​

Мы же пройдём с вами два квартала от Пушкинской до Красноармейской и посмотрим что там есть интересного.

Начнем с наименее сохранившейся западной стороны проспекта.

​

У нас в Ростове всегда были три беды, которые наиболее сильно повлияли на разрушение исторической застройки. Первая это время, беда и причина естественная, вторая "эхо минувшей войны", город подвергался бомбардировкам и многие здания сильно пострадали и были снесены, ну и третья, и самая страшная, это современный застройщик, ради сиюминутной наживы готовый снести любую историческую застройку.

​

Западная сторона проспекта пострадала от всех трех, поэтому здесь сохранилось очень мало исторических зданий.

Но кое что осталось, например, доходный дом Хаи Шлемовны Гринштейн, расположенный на юго-западном углу перекрёстка Чехова с Пушкинской. В этом доме жил и работал знаменитый ростовский городской архитектор Григорий Николаевич Васильев.

​

На первом этаже хозяйка держала торговое заведение с бакалейным товаром. Были в доме квартиры для состоятельных жильцов с парадным входом; а через ворота, по дворовой металлической лестнице, ходили те, кто снимал небольшие комнатки на верхних этажах.

​

А на северо-западной углу перекрестка сохранился, хотя и находится в неудовлетворительном состоянии домик, построенный приблизительно в конце 19 века почётной потомственной гражданкой города Александрой Павловной Барбашиной, затем домом владел Николай Иванович Чурилин, макаронно-галетно-пивной король Ростова тех лет, но уже в 1911 году дом у него приобрел торговец углем Израиль Мордухович Левков.

​

В 1895 году в его семье родился сын Владимир, ставший в дальнейшем знаменитым советским конструктором первых в мире судов на воздушной подушке.

​

Именно современным застройщиком уничтожен весь квартал от Пушкинской до Горького, в прошлом Сенной и Романовской.

Снесены дома Мордуха Розенблюма и угловое здание, принадлежавшее семье Злотверг Мейлаху и Хае. Многие еще недавно помнят этот дом, на первом этаже которого располагался чешский пивной ресторанчик.

​

В 70-е годы прошлого века были построены девятиэтажка и пятиэтажка на углу Чехова с Красноармейской, до них на этом месте располагалось несколько дореволюционных строений, два из которых принадлежало Абраму Моисеевичу Данцигеру и Ицке Рувимовичу Рубину.

​

Абрам Моисеевич служил контролером Ростовского общества взаимного кредита, его супругу звали Нина Марковна у них было трое детей, Михаил стал врачом дермато-венерологом, Анатолий инженером, его расстреляли в годы сталинского террора, дочь звали Амалия.

​

А вот восточная сторона проспекта сохранилась гораздо лучше.

​

Не сохранились лишь дома под номерами 74 и 76, их хозяевами были Ури Борохович Окунь и Давид Лазаревич Рувинский, брат Симона Рувинского, хозяина нескольких ростовских домов и слесарной мастерской.

​

Интересное наблюдение, но все девять домов по этой стороне проспекта до его конца были в собственности еврейских домовладельцев. Дом под номером 78 принадлежал Якубу Моисеевичу Гольдштубу. На углу Сенной (ныне Максима Горького) стоял когда-то дом Эммануила Львовича Рецкера, табачного магната.

​

Дом был официально оформлен на супругу Рецкера Розалию Филипповну. И в этом доме принимал Королевский Датский консул. Дом под номером 82 на северо-восточном углу Максима Горького, в прошлом Сенной и Романовской сегодня сильно перестроен, ведь там сейчас расположен сетевой продуктовый магазин, но изначально его хозяином был Иосиф Лейбович Штейнбух.

Дом номер 84 принадлежал Френкель Хане-Леве Ицковне и ее брату Хав-Лейбу, дом 86 конечно сильно перестроенный Зельману Иделевичу Рысс, брату Бейнуша Рысс, знаменитого ростовского промышленника.

​

А в доме 88 родился в 1884 году в семье еврейского купца 1-й гильдии Якова Михайловича Браиловского, занимавшегося экспортной торговлей зерном, Александр Браиловский. Когда юному Саше было неполных 13 лет, он познакомился в Пятигорске с поэтом Валерием Брюсовым, посвятившего Саше известное своё программное стихотворение:

Юноша бледный со взором горящим,

Ныне даю я тебе три завета.

Первый прими: не живи настоящим,

Только грядущее — область поэта.

​

Помни второй: никому не сочувствуй,

Сам же себя полюби беспредельно.

Третий храни: поклоняйся искусству,

Только ему, безраздумно, бесцельно.

​

Юноша бледный со взором смущенным!

Если ты примешь моих три завета,

Молча паду я бойцом побежденным,

Зная, что в мире оставлю поэта.

​

В дальнейшем Александр Браиловский стал лишь известным революционером, но иногда правда писал и стихи.

​

Здание под номером 90 тоже старинное и принадлежало семье Браиловских, старшим сыновьям Якова Михайловича Семену и Владимиру. Кстати дочь Семена Браиловского Мария была известным библиографом и супругой ростовского поэта Вениамина Жака.